бом Кор-Кечу

Бомы Кор-Кечу расположены на 684 км Чуйского тракта. С этого места начинается сплошная полоса бомов до села Яломан (?). Бом Кор-Кечу — один из интереснейших бомов тракта. На  687 км можно увидеть песочные пирамиды, где скалы и песчаные утесы нависают прямо над головой.

История

В прошлом именно многочисленные бомы между Кор-Кечу и станцией в урочище Чибит были главным препятствием на Чуйском тракте. От Кор-Кечу до Кош-Агача насчитывалось 22 бома. Это сейчас тракт идет по относительно хорошей дороге вдоль бомов в устье реки Большой Яломан. В давние времена этой дороги не было, и путники выбирали, как скоро, безопасно и без потерь преодолеть это трудное место.

Так, по сведению изыскателя Чуйского тракта И.И. Биля (1903 год):

Самое трудное — это, не переправляясь на правый берег Катуни, идти по левому берегу через гору Верблюжья шейка. Верблюжьи кочки (бом Юркош), бом Яломан, Ярык-Таш и Конгорар до устья реки Ини, где была переправа, в место у Кор-Кечу. Перейдя тоннелем небольшого участка около 15 сажен длиною у Верблюжьей шейки, можно было бы дальше пройти по двум направлениям: по низу, мимо Верблюжьих кочек, по самому берегу реки, и по верхнему, через Верблюжьи кочки, по существующей вьючной тропе. Через высокий перевал Иолго тропа переходила в долину Большого Яломана, которым спускалась на Катунь, где проходила карнизом красивого бома Кынгырар к устью Малого Яломана. Можно переправиться через Кор-Кечу на правый берег и следовать по вьючной тропе через бом Бозоголу (Боозолу), перевал Сальджар и речку Кара-Су до устья реки Ини.

Исследователь С.П. Швецов, путешествующий по Алтаю в 1898 году, так описывает переправу Кор-Кечу:

Катунь в районе переправы отличается быстрым течением, следовательно, сопровождалась большими затруднениями, особенно весной, когда сила напора воды значительно возрастала. В это время переправа была возможна только на небольших лодках из выдолбленного дерева, поднимающих пудов до 25, причем при двух перевозчиках перевозить не более четырех человек за раз или пять пудов товара. На перевоз имелось всего 2—3 лодки. Лошадей и скот обыкновенно прямо сгоняли в воду и заставляли перебираться на другой берег вплавь, причем часто животные калечились и гибли, не справляясь со стремительным течением, разбивались о камни и нижележащие пороги.

В самую большую воду переправа через Катунь на некоторое время совершенно прекращалась, так как в это время становилась слишком опасной и рискованной.

Выше и ниже переправы находятся пороги, о которых лодка разбивается в щепки. Недаром эта переправа была названа «Кор-Кечу» («Гибельная переправа»). Существует легенда, говорящая о том, «что когда-то один из алтайских предводителей войска шел на войну с иноземными захватчиками и, чтобы переправиться через Катунь, велел пробить в береговых утесах отверстия и укрепить в них канаты из кожаных ремней, а за канаты зацепить повода плота. Затем, желая знать, сколько воинов погибнет на поле боя и сколько вернется домой, он приказал, чтобы перед переправой каждый воин положил на берег один камень, а по возвращении сбросил его в воду. Так и было сделано. При возвращении войска число несброшенных в воду камней оказалось весьма значительным, что говорило о большой убыли воинов, погибших в битвах и при переправе через Катунь. Поэтому место этой переправы и было названо «Кор-Кеч» («Гибельная переправа»).

В 1902 году, когда участок тракта стал колесным от Онгудая до Кош-Агача, пришли на Кор-Кечу три крестьянина из деревни Талды: Ощепков, Болотнов и Чернов, они разработали неудобные места на правом берегу Катуни, сколотили паром, затем соорудили обратную переправу у Малого Яломана. Брали с каждой таратайки пятнадцать копеек. Возчики платили охотно. Хоть двадцать, лишь бы не тащиться опасной дорогой в обход бомов Кор-Кечу, Юркош, Большой Яломан, Кынгырар.

Долгое время доставляли много хлопот три паромные переправы от бома Кор-Кечу до Ини, которые часами задерживали автомашины и возы у каждой переправы. Когда прибывала сильно Катунь, то движение несколько дней не осуществлялось. Необходимо было срочно строить мосты или пробивать через бомы тракт. Решено было пробивать горы. В той работе участвовали главным образом заключенные 7-го отделения Сиблага. Работы начались с бома Кор-Кечу. На бомах Кор-Кечу и Яломан объем скальных работ, проведенных заключенными вручную, с начала 1934 году превысил 100 тыс. м³, а объем кладки подворных стенок — 24 тыс. м³. В течение почти трех месяцев раздавались взрывы, свергавшие в бурные волны Катуни огромные глыбы гранита, тонны земли, песка и камня.

Весной 1933 году по месту, которое считалось непроходимым, прошла первая автомашина. Разработка скал на протяжении около трех километров в кратчайший срок была закончена, работы на остальных бомах продолжались теми же темпами все лето 1933—1934 годах.